Ирина Мирошниченко, 2014 г.
Фото: Арсен Меметов
«После спектакля в Париже мне вынесли на сцену огромный букет от французов, что-то невероятное, я такого вообще не помню. Неподъемный, длинный, дорогущий букет. Вот парадокс! Я стою с этим букетом без копейки денег, голодная и думаю: «Боже мой, как я буду здесь жить?!» — рассказывает актриса Ирина Мирошниченко.
— Ирина Петровна, закончен ваш 54-й сезон в театре. У меня такая идея: давайте вспомним что-то самое интересное и яркое, что бы вам самой хотелось рассказать… Например, вы помните свой первый день во МХАТе?
— Очень хорошо помню! Первый мой сбор труппы, на котором присутствовали все великие «старики» — Тарасова, Андровская, Ливанов, Степанова, Яншин, Массальский… И когда, наконец, директор начал нас представлять, он долго путался в моей фамилии. «Ирина Миро… Мире…» Я встала. Очень волновалась, стеснялась. В тот год вместе со мной, кстати, приняли только одного молодого актера, Алексея Борзунова. Было очень трудно попасть во МХАТ, это была большая честь. Сейчас с улыбкой вспоминаю, как ректор школы-студии, Вениамин Захарович Радомысленский, выдавая диплом, меня спросил: «Ирина, какая у вас мечта? Кого хотите сыграть во МХАТе, какую героиню?» Подумав, я с воодушевлением ответила: «Очень хотела бы сыграть в мюзикле!» — «Что? В чем? — изумился ректор. — Забудь! Только классика! Ты понимаешь, куда ты идешь?» И я забыла. Хотя в то время у меня была отличная пластика, я занималась в студии у Ильи Рутберга, он преподавал пантомиму. Мне очень нравилась потрясающая, несравненная актриса Любовь Орлова, которая в кино умела и могла все — и играть, и петь, и танцевать… В детстве я даже поступала в балетную студию. Но почему-то меня туда не приняли. Может, из-за высокого роста — 172 сантиметра… Но вы понимаете, насколько тогда смешно прозвучал мой ответ ректору в стенах классического старинного МХАТа?
«Ефремов влетал на сцену, как пуля, как вихрь, и сам все показывал. Играл потрясающе — смешно, заразительно. Ему хотелось, чтобы мы понимали его с полувздоха, с полуслова… И если что-то не получалось, Олег Николаевич обижался» С Олегом Ефремовым в спектакле «Дядя Ваня». 1991 г.
Фото: Василий Егоров /ТАСС
— И какую же первую роль вы получили?
— Первым, кто заметил меня и поверил, что я могу что-то серьезное сыграть, был великий актер и режиссер Борис Ливанов. В его спектакле «Тяжкое обвинение» я получила маленькую роль учительницы, а потом он доверил мне играть Машу в своей знаменитой «Чайке». Наше знакомство с Борисом Николаевичем началось смешно. Я, опаздывая, влетела в театр — в модном платье-рубашке, с железным поясом-цепью. Поздоровалась и побежала вверх по лестнице, гремя этой цепью. Слышу громогласный голос Ливанова: «Кто это?» Ответ: «Наша новая молодая актриса, Мирошниченко». — «А она что, с цепи сорвалась?» — пошутил он. И все вокруг засмеялись. Уже на следующий день я была приглашена на репетицию…