Ева Лонгория
В 2016 году Ева счастливо вышла замуж за Хосе Антонио Бастона, владельца самой крупной в Мексике телеимперии. А чуть больше года тому назад 43-летняя актриса впервые стала матерью. Кажется, жизнь бывшей «отчаянной домохозяйки» вступила в самую прекрасную и успешную фазу.
— Ева, вы уже больше года — счастливая мать, но вышли из декрета что-то уж очень быстро и уже успели сняться в фильме «Дора и Затерянный город»…
— Мне кажется, давно пора нормализовать в этом плане обстановку в Голливуде. Что это за ерунда такая — не давать актрисам, только что родившим детей, ролей до тех пор, пока они снова не станут сексуально привлекательными. (Смеется.) Конечно, я слегка преувеличиваю, но, знаете, в данном случае у меня просто не было выбора. Как я могла отказаться от роли матери, впервые за всю карьеру мне доставшейся, сама впервые родив ребенка? Мои инстинкты совершенно сошли с ума в это время. Помню, как я кричала, когда снимались опасные сцены с Изабелой Монер, которая играла Дору. Она должна была бежать в джунглях, держа в руках змею, а потом чудом спасаться от падающих камней! У меня была истерика на съемочной площадке, я кричала: «Никогда не позволю своему ребенку такое проделывать! Это же чертовски опасно! Нет! Нет!» Режиссер мне: «Успокойся, это же Дора, а не твой ребенок!» (Смеется.)
Но, кстати говоря, мой друг и коллега Майкл Пенья (голливудский актер мексиканского происхождения сыграл, в том числе, главную роль в сериале «Нарко: Мексика». — Прим. ред.) меня поддержал. Он отличный отец, и у него инстинкты вполне сравнимы с материнскими. (Смеется.) В общем, мои глаза теперь совершенно иначе смотрят на мир. Словно открылись заново. И все, что, пускай только в теории, может навредить ребенку, меня страшно напрягает. Каждая жилочка, каждый нерв в моем теле требуют одного — чтобы ребенок был в безопасности.